Какое значение будет иметь резолюция Европарламента из-за ситуации с Навальным? Комментарий Георгия Бовта

«Уже понятно, что никакого совместного расследования не будет. Но чем дальше, тем менее становится понятно, какая из сторон не хочет такого расследования сильнее», — считает политолог

Какое значение будет иметь резолюция Европарламента из-за ситуации с Навальным? Комментарий Георгия Бовта Георгий Бовт. Фото: Михаил Фомичев/ТАСС

Хотя решение о конкретных санкциях, в том числе в отношении России, принимает не Европарламент, а Еврокомиссия, все же принятую подавляющим большинством голосов сверхжесткую резолюцию полностью проигнорировать будет нельзя. При этом рекомендательный ее характер отнюдь не способствовал ее взвешенности. Это скорее пропагандистский акт.

Европарламентарии пошли в своих выражениях гораздо дальше осуждения конкретного, как они считают, преступления в отношении Навального. Причем виновником его еще до всякого расследования, к которому они призывают, названо российское государство. И только оно. Которое либо само травило блогера-оппозиционера, либо не выполнило обязательств по уничтожению химоружия. Никаких других версий депутаты следствию не оставили.

Заодно делается рекомендация Евросоюзу потребовать от России изменить свои законы, несовместимые с международными стандартами, включая недавно принятые поправки к конституции, а также законы об иностранных агентах и «нежелательных организациях». Не обошлось, разумеется, без призывов остановить проект «Северный поток — 2», тучи вокруг которого еще более, таким образом, сгущаются. А заодно провести «стратегическую переоценку отношений ЕС с Россией». Есть, по сути, и прямой призыв поддерживать российскую оппозицию. А для формирования соответствующих взглядов предлагается открыть «российский университет в изгнании» в одной из стран Евросоюза. Не очень понятно, правда, будут ли признаны его дипломы в России. Да и в других странах тоже.

Не припоминается, чтобы столь жесткие резолюции европейские парламентарии принимали даже в годы Чеченской войны. Помимо всего прочего, на этом фоне становится не вполне понятно, каким образом, скажем, Россия сможет теперь оставаться членом Совета Европы, каковое членство было совсем недавно с большим трудом освобождено от целого ряда ограничений полномочий российской делегации, наложенных в 2014 году в связи с кризисом на Украине. Тон нынешней резолюции Европарламента выглядит совершенно непримиримым, как будто расследование инцидента с оппозиционером уже закончено.

При этом на фоне желания как-то «вдарить» по России европарламентарии предлагают бить по площадям и подвергнуть санкциям «автоматом» всех фигурантов расследований ФБК. Не отдавая себе отчета не только в том, что ФБК — это все же не суд и в каких-то моментах мог ошибаться, но и в том, что некоторые его расследования могли, в том числе, быть инспирированы определенными российскими «подковерными» интригами. Тем, что называется борьбой кремлевских или еще каких-нибудь башен. Не получится ли в этом случае, что ЕС как бы «втемную» станет участником еще и таких разборок?

Трудно представить, что Москва, оказавшись под таким политическим давлением, теперь легко изменит свою линию поведения в деле Навального, в рамках которой она призывает Германию к взаимодействию, в том числе поделиться результатами анализов. А та по-прежнему отказывается. Направляя российских представителей в ОЗХО, которая может прийти к аналогичному с немцами выводу относительно того, что в организме Навального присутствовали следы пресловутого «Новичка». В таких условиях России даже столь запоздалым образом заводить уголовное дело по факту происшествия уже будет потерей лица. Как минимум.

Кстати, в 2018 году после отравления Скрипалей в британском Солсбери Следственный комитет России, спустя примерно неделю, все же завел уголовное дело по факту именно отравления гражданки РФ Юлии Скрипаль, хотя англичане тогда тоже никаких анализов Москве не представили.

Теперь в деле Навального, скорее всего, начнутся препирательства по поводу бутылки с остатками воды и якобы того же «Новичка» из томской гостиницы, которая теперь оказалась в Германии. Всякое объективное совместное и, главное, добросовестное, расследование или хотя бы совместная комиссия врачей, скорее всего, всплывающие все новые нестыковки и необъяснимые для одной из сторон обстоятельства, в том числе по медицинской симптоматике у Навального, могло бы быстро прояснить. Однако уже понятно, что никакого совместного расследования не будет. Но чем дальше, тем менее становится понятно, какая из сторон не хочет такого расследования сильнее.

Первоисточник материала www.bfm.ru